Соловки: экскурсии в Соловецкий монастырь.

Соловецкий патерик "Преподобный Зосима"

Из 3-го издания Соловецкого патерика (М., 1906) Переиздано Синодальной библиотекой Московского Патриархата, 1991.

   Спустя один год по смерти преподобного Савватия, продолжателем подвигов его на пустынном Соловецком острове явился преподобный Зосима. Если преподобный Савватий был Соловецким первоначальником, первым иноком, пожившим на острове в подвигах поста и молитвы, то преподобного Зосиму можно признать основателем Соловецкой обители и первым благоустроителем её.

   Преподобный Зосима происходил из новгородской области, села Толвуя, близ озера Онеги. Родители его, Гавриил и Варвара, воспитали своего сына в благочестии и добрых нравах. С молодых лет Зосима был смирен, тих и кроток и, научившись грамоте, особенно любил чтение божественных книг. По достижении совершеннолетия, он не хотел вступить в брак и, покоряясь тайному влечению, ушёл из родительского дома, надел чёрное платье и поселился в одном пустынном месте. Здесь пр. Зосима, вдали от людей, как отшельник, предался молитве, посту и богомыслию. Скоро Промысл Божий указал ему путь жизни. Познакомившись с иноком Германом, жившим с преподобным Савватием на Соловецком острове, пр. Зосима слышал от него, как этот остров, со своими лесами и озерами, пригоден для монашеской и пустынной жизни. В юном отшельнике появилось желание быть преемником подвигов преподобного Савватия, и он просил о. Германа проводить его на Соловки.

   В это время родители пр. Зосимы умерли. Похоронив их и раздав имение их бедным, о.Зосима с Германом отправились к Соловецкому острову. Путешествие их было благополучно, и они пристали к острову, близ пресноводного озера. Здесь, поставив себе из древесных ветвей кущу, пустынники совершили всенощное бдение, моля Господа благословить намерение их. Господь утешил их пророчественным видением: утром преподобный Зосима, выйдя из кущи, увидел необыкновенный свет, осиявающий всю окрестность, и на востоке, на воздухе, прекрасную и великую церковь. Удивлённый этим видением, пустынник поспешил в кущу. О. Герман, заметив перемену в лице своего сожителя, спросил его, не видел ли он чего-либо необыкновенного? Пр. Зосима рассказал ему всё, что видел. При этом о. Герман, вспомнив о чудесном прогнании мирян с острова ещё при Савватии и о пророчестве, что здесь будут жить иноки, сказал пр. Зосиме: «Не ужасайся и будь внимателен; мне кажется, что чрез тебя Господь соберёт множество монахов». Рассказ о. Германа о событии при Савватии утешил пр. Зосиму, и они решились строить монастырь. Помолившись Богу, пустынники принялись рубить лес для построек, поставили ограду и кельи. Своими руками они добывали себе пропитание, возделывая и засевая землю. Но эти телесные труды нисколько не ослабляли молитвенных подвигов их.

   Впрочем, пустынники должны были перенести много испытаний, прежде чем увидели свою обитель населенною иноками. О. Герман отправился на приморский берег и замедлил там некоторое время. Когда он хотел отплыть на остров, то уже не мог следовать туда, по причине бурной осенней погоды; ужасный ветер поднял в море сильное волнение и нагнал множество льду, так что всякое сообщение с Соловецким островом было пресечено. Таким образом, о. Герман зазимовал на берегу, а пр. Зосима один остался на острове. Одному Богу, ведущему сокровенное и тайное, известны труды и подвиги, понесённые преподобным Зосимою в эту зиму. Его укрепляла непоколебимая надежда на Бога, к Которому он был привержен «от ложесн, от чрева метере» своея (Псал. 70, 6). Много он принял искушений и от ненавистника всякого добра, духа злого, который старался устрашить его различными привидениями. Мужественный воин Христов ограждался крестом и молитвою, как непреоборимым оружием, и усилия вражии оставались тщётными.

   К духовной брани присоединились заботы о пропитании в месте, столь отдаленном от человеческих жилищ. Зима была продолжительная и суровая; припасы, заготовленные летом, истощились. Преподобный недоумевал, чем ему прокормиться до лета; от времени до времени смущала его мысль — умереть голодною смертью. О. Зосима не поддавался унынию и утешался упованием на Промысл Божий, столько раз уже благодеявший ему. Скоро Господь помог Своему подвижнику. К Зосиме пришли два незнакомца и вручили ему запас хлеба, муки и масла, говоря: «Возьми, отец, и употребляй, а мы, если Господь повелит, придем к тебе». Преподобный в изумлении не спросил, откуда они, а незнакомцы ушли и более не возвращались. Ясно было, что это посещение Божие, и что Промысл Божий хранил своего избранника.

   По окончании зимы, Герман приплыл с рыбаком Марком, пожелавшим разделить с преподобными уединение, а также привез достаточное количество пищи и мрежи для рыбной ловли. Вскоре Марк принял монашеское пострижение и был первым учеником Преподобных. Примеру его последовали многие прибрежные жители, которые, приплывая на остров, строили себе кельи подле келий пр. Зосимы и Германа, и снискивали пропитание трудами рук своих. Преподобный Зосима, видя умножение учеников, построил небольшую деревянную церковь в честь Преображения Господня, на том месте, где было ему пророчественное видение храма в воздухе; к церкви приделал небольшую трапезу и открыл общежитие. Таким образом основалась Соловецкая обитель, до ныне сохраняемая милостию Божиею, несмотря на все пережитые ею испытания.

   Устроив монастырь, пр. Зосима послал одного инока в Новгород, к архиепископу Ионе, с просьбою о назначении игумена и за благословением на освящение храма. Архиепископ определил Соловецким игуменом иеромонаха Павла, который, по прибытии в Соловки, освятил церковь Преображения Господня. Но этот игумен, не вынося трудностей пустынной жизни, скоро возвратился в Новгород. То же случилось и с преемником его — игуменом Феодосием. Тогда братия Соловецкого монастыря положили на общем совете — не брать себе игуменов из других монастырей, а избирать из среды своей. Приводя в исполнение своё решение, они отправили к новгородскому архиепископу посланных, с просьбою, чтобы он призвал отца их — Зосиму и рукоположил его в священство и игуменство, хотя бы и не без сопротивления со стороны смиренного старца.

   Архиерей так и сделал: вызвав к себе письмом Преподобного, убедил его принять священство и игуменство. Получив для своей обители богатые жертвы граждан, состоящие из денег, одежд, сосудов, съестных припасов, Преподобный с честью был отпущен владыкою в Соловки. С радостию братия приветствовали возвращение своего уважаемого и любимого настоятеля. Знамение благодати Божией ещё более усилило общее почтение к препод. Игумену. Когда он совершал в своей обители первую литургию, то лицо его светилось, как лицо ангела, и церковь исполнилась особенного благовония. Преподобный, по окончании богослужения, благословил просфорою некоторых купцов, бывших в то время в обители, а они, выйдя из церкви, по неосторожности, обронили её. Проходя мимо, инок Макарий заметил пса, который старался схватить что-то и не мог, по причине поднимавшегося пламени. Приблизившись, Макарий увидел, что это просфора, потерянная купцами. Подняв её, инок принёс к преподобному игумену и, к немалому удивлению всех, рассказал своё видение.

   С умножением братий, прежняя деревянная церковь оказалась тесною. Пр. Зосима построил новую, больших размеров, в честь Успения Божией Матери, а также поставил много келий и распространил монастырь. Кроме того, в благословение увеличивающейся обители своей, он решился перенести мощи преподобного Савватия, скончавшегося на реке Выге и погребённого при тамошней часовне. В этом намерении Преподобный окончательно утвердился посланием иноков Кирилло-Белоезерского монастыря. «Мы слышали,— писали иноки,— от пришельцев из вашей страны о Соловецком острове, что он издревле был необитаем, по причине неудобства морского пути, а теперь на этом острове, по воле Божией и ходатайству Пресвятой Богородицы, вашим старанием сооружён монастырь честнаго Преображения Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, собралось множество братии и всё устроилось прекрасно. Только вы лишены одного блага — именно забыт вами препод.

   Савватий, прежде вас живший на этом месте, скончавшийся в посте и труде, подобно древним преподобным отцам, совершенный в добродетели. Он всею душою возлюбил Христа, удалился от мира и получил блаженную кончину. Некоторые иноки нашего монастыря, будучи в Новгороде, слышали повествование боголюбивого Иоанна, как он на реке Выге сподобился видеть преподобного Савватия и получить от него духовное наставление, и, по кончине, похоронил его с Игуменом Нафанаилом. Рассказал Иоанн нашим братиям, как Бог, по молитвам преподобного Савватия, чудесно сохранил его с братом Феодором от потопления в море. Мы слышали, что у гроба его совершились и другие знамения и чудеса. Он угодник Божий, и мы свидетели добродетельной жизни его, потому что этот блаженный отец довольно пожил с нами в Кирилловском монастыре. Поэтому мы даем вам духовный совет — не лишайтесь такого дара, поспешите перенести к себе преподобного и блаженного Савватия, чтобы мощи его находились там, где он потрудился много лет».

   Такое послание, как нельзя более, согласовалось с желанием самого препод. Зосимы и Соловецкой братии. Приготовив корабль, они отправились с попутным ветром на поморское прибрежье. Достигнув реки Выги и откопав гроб препод. Савватия, они нашли мощи нетленными, невредимою и самую одежду — в воздухе разлилось необычайное благоухание. С пением священных песней, Соловецкие иноки перенесли св. раку на корабль и с попутным ветром благополучно достигли своей обители. Первоначально честные мощи были положены в земле, за алтарём Успенского собора, и над ними устроена часовня. Многие болящие, приходя сюда с верою, получали исцеления по молитвам Преподобного. Сам о. Зосима каждую ночь горячо молился в этой часовне, и часто утренняя заря заставала его на молитве. Купец Иоанн, бывший при погребении Савватия, и с братом своим Феодором, имея к нему особенную любовь, написал образ Преподобного и с щедрым подаянием вручил его игумену Зосиме. С благоговением, приняв и лобызав изображение первоначальника Соловецкого, о. Зосима поставил его в надгробной часовне и обратился к Преподобному со следующими словами: «Хотя ты и окончил временную жизнь телом, но не отступай от нас духом, руководствуй нас ко Христу Богу, наставляя соблюдать заповеди Господни, носить крест свой и последовать нашему Владыке. Имея дерзновение ко Христу и Пречистой Богоматери, будь молитвенником и ходатаем о нас недостойных, жительствующих в этой обители, которою ты начальствуешь; будь помощником и заступником пред Богом нашему братству, чтобы мы, по твоим молитвам, пребыли невредимыми от злых духов и людей, прославляя св. Троицу, Отца, Сына и св. Духа».

   Поселение иноков на пустынном острове, основание и распространение Соловецкой обители возбудили зависть корыстолюбивых и недоброжелательных людей. Многие из Корельских жителей, а также поселенцев боярских и служителей, вельможных господ, приплывали к острову, ловили в озёрах рыбу, а монастырю ловить не позволяли, называя себя хозяевами и владельцами Соловецких островов. В жару спора они обижали препод. Зосиму и всех иноков досадными словами и делали им всякие неприятности: даже грозили разорить обитель и выгнать оттуда монахов. Преподобный игумен решился отправиться к новгородскому архиепископу Феофилу и просить у него помощи и защиты. Прибыв в Новгород, пр. Зосима был благосклонно принят архиепископом, который советовал ему изложить свои нужды пред главными боярами, управлявшими городом. Препод. Зосима обошёл их домы и просил не допустить обитель свою до разорения: все знатные люди обещали ему свою помощь. Но между всеми новгородскими боярами в то время отличалась богатством и влиянием на дела Марфа Борецкая: её-то поселенцы и рабы особенно часто причиняли разные обиды Соловецкому монастырю. Заслышав о Соловецком игумене и предубежденная против него наговорами своих домашних, она повелела с бесчестием отогнать его от своего дома. С терпением и кротостью принял препод. Зосима это бесчестие и пророчески сказал своим ученикам: «Настанет время, когда жители этого дома не будут ходить по своему двору; двери дома затворятся и уже не отворятся; этот двор опустеет».

   Видя доброе расположение бояр к Соловецкой обители, архиепископ созвал их к себе, вновь изложил им обиды монастырю от пришлых людей и убедил помочь монастырю. Игумен получил от доброхотных дателей много пожертвований на нужды обители церковными сосудами, св. одеждами, золотом, серебром, хлебом. Скоро и сама Марфа раскаялась, что оскорбила Преподобного и, желая загладить причиненную ему обиду, пригласила его к себе на обед. О. Зосима, по своему назлобию, принял это приглашение и, когда вошел в дом боярыни, то был с честию встречен самою хозяйкою и всем семейством её и посажен на почетном месте. Все ели и пили с знаками живейшего удовольствия, а Преподобный сидел молча и, по обыкновению, мало вкушал от предлагаемой пищи. Взглянув на гостей, он в изумлении опустил глаза; взглянув в другой и третий раз, он видел то же самое, именно: шесть главнейших бояр сидящими без голов. Поняв, что означает это видение, Преподобный вздохнул и прослезился, и уже не мог вкушать ничего из снедей, как ни просили его собеседники. После обеда Марфа, испросив у пр. Зосимы прощение за прежнее оскорбление, дала монастырю во владение землю, утвердив это пожертвование грамотою. Когда Преподобный вышел из дома её, то ученик его, Даниил, спрашивал его о причине скорби и слёз во время обеда; о. Зосима объяснил ему своё видение, заметив, что эти шесть бояр будут со временем обезглавлены, и просил никому не говорить об этом. Немного спустя по возвращении Преподобного в обитель, исполнилось и пророчество его о запустении дома Борецкой, и видение во время обеда. Смирив Новгород силою оружия, великий князь Иоанн III повелел казнить тех бояр, которых преподобный Зосима видел обезглавленными, а Марфу Борецкую отправить в ссылку. Имение её было разграблено, дом и двор запустели.

   Преподобный Зосима, достигнув маститой старости и предчувствуя приближение кончины, стал приготовляться к переходу в вечность. Он устроил себе гроб и часто со слезами смотрел на него, памятуя свою смерть. Когда постигла его болезнь, то, призвав братию, говорил им: «Вот я отхожу из этой временной жизни, а вас предаю всемилостивому Богу и Пречистой Богородице; скажите, кого желаете иметь игуменом вместо меня!» При этом случае выразилась общая любовь учеников к своему учителю. Все со слезами говорили умирающему игумену своему: «Мы хотели бы, отец наш, с тобою быть погребёнными, но это не во власти нашей; пусть же Тот, Кто возвестил тебе отшествие из этой жизни, Христос Бог наш, пусть Он даст нам чрез тебя наставника, который управлял бы нами ко спасению; да почиют над нами благословение и молитвы твои — позаботившись о нас в этой жизни, не оставляй нас сирыми по отшествии твоему к Богу».

   Преподобный отвечал: «Я сказал вам, дети, что предаю вас в руки Господа и Пречистой Богородицы, а так как вы относительно игумена возложили свое упование на Бога, Пречистую Богоматерь и мое смирение, то да будет вам игуменом Арсений — он способен к управлению монастырём и братиею»,— этими словами препод. Зосима вручил игуменство благочестивому иноку Арсению. «Вот я поставляю тебя, брат, строителем и управителем св. обители этой, и всей братии, собранной любовию к Богу. Берегись, чтобы не утратилось что-либо из монастырских законоположений, как то: относительно соборной церковной службы, ястия и пития в трапезе, и других монастырских обычаев, уставленных мною; пусть всё это будет целым и ненарушимым. Господь да направит стопы ваши к деланию заповедей Своих, молитвами Пречистой госпожи Владычицы нашей Девы Богородицы и всех святых, а также и угодника Своего препод. Савватия. Господь наш Иисус Христос да защитит вас от всех вражеских наветов и утвердит в божественной любви. Я, хотя и разлучаюсь от вас телом, отдавая долг природе, но духом пребуду с вами неотступно. Вы узнаете, что я обрёл благодать пред Богом, когда, по моём отшествии, обитель распространится, соберётся множество братии, это место процветёт духовно, и в телесных потребностях не будет иметь скудости».

   Сказав всё это братии, он целовал их в последний раз, всех благословил, с воздеянием рук молился о монастыре, своей духовной пастве и о себе; наконец, перекрестился и произнёс: «Мир вам!» После этого, подняв потухающие глаза вверх, проговорил: «Владыко Человеколюбче, сподоби меня стать одесную Тебя, когда Ты придёшь во славе судить живых и мёртвых и воздать каждому по делам». Затем, преподобный Зосима лег на одр и предал душу свою Господу, для Которого трудился всю свою жизнь. Это было 17 апреля 1478 г. Совершив отпевание, иноки похоронили своего игумена в гробе, который он сам приготовил, за алтарём Преображенского собора, а впоследствии устроили над его могилою часовню, в которой поставили св. иконы. Все верующие, притекая сюда с молитвою, получали, по молитвам Преподобного, облегчение скорби и исцеление болезней. Московский собор, бывший при митрополите Макарии в 1547 году, положил, наряду с другими отечественными святыми, совершать память преподобного Зосимы в день его кончины 17 апреля. 8 августа 1566 года св. мощи его, вместе с мощами преп. Савватия, перенесены в придел, устроенный в честь сих Чудотворцев. В настоящее время мощи преподобного Зосимы находятся, в богато украшенной раке, в Зосимо-Савватиевской церкви.